Мысли вслух
Дорогие френды! У меня все хорошо. Ленту читаю, ваши сообщения тоже, но не могу из себя выдавить ни слова. Вот честно, не могу и все. Редактирую книгу. С большим скрипом. И правок вроде мало, но чем дальше я углубляюсь в них, тем больше мне хочется все исправить, выкинуть, добавить. И носом чую, что пора закругляться, а что-то внутри зудит и требует: "Еще, ты ведь можешь, еще ..."
Активизировались одноклассники мужского пола. Пишут всякие глупости и называют меня красавицей. Я усмехаюсь и думаю, помнят ли они, как называли меня в школьные годы?
Помнит ли тот ереванский мальчик в рваных кедах, который нынче нежится на травке в Германии, как он, копируя своего кумира Брюса Ли, взвился в воздух пружиной и с размаху ударил меня в грудь ногой, впечатав в белоснежную майку серый след с номером 38? Помнит ли, как я летела под дружный хохот одноклассников на дымящийся свежеукатанный асфальт? Как плакала за трансформаторной будкой на школьном стадионе, выковыривая камушки из стесанных до крови ладоней? Помнит ли он эту обиду, погребенную под слоистыми пластами обид куда более серьезных? Вряд ли. И я не хочу напоминать ему об этом, а потому, равнодушно клацаю пальцами по клавиатуре: "Привет, я тебя помню. Как дела?". При клике на кнопку "отправить" окно схлопывается и я чувствую, как пласты внутри меня медленно перемещаются, закрывая пустоту, образовавшуюся на месте такой маленькой, но такой сильной детской обиды.
А еще в наш город пришла весна. И я наверстываю то, что пропустила в прошлом году. Гуляю по городу, наблюдаю за природой и наслаждаюсь так редко несвойственным мне, почти абсолютным отсутствием мыслей.
Вечером будет книга в мягком лазурно-рыжем переплете, брауниз, чай с медом и документальный фильм про Китай. А завтра я пойду искать себе босоножки. Белые. Лаковые. Летние.